99c98ce9

Лаврова Ольга & Лавров Александр - Следствие Ведут Знатоки 25 (Естественная Убыль)



ОЛЬГА ЛАВРОВА, АЛЕКСАНДР ЛАВРОВ
ЕСТЕСТВЕННАЯ УБЫЛЬ
СЛЕДСТВИЕ ВЕДУТ ЗНАТОКИ
Ревизоры притащили кипы меню и регистрацию выдачи блюд.
– Зашились, Пал Палыч. Надо упростить проверку.
Плюхнулись на диван, Знаменский не успел предупредить о пружине, и средний, ойкнув, подскочил.
– Не потянем мы обратный обсчет! – он раздраженно ощупал себя сзади. – Не потянем, как хотите!
– Брюки не рвет, – успокоил Знаменский. Он давно бросил попытки обуздать пружину домашними средствами.
Обратный обсчет был назначен по делу о ресторане «Ангара». БХСС заинтересовался бытом нескольких столичных ресторанов, естественно, потребовалось начинать следствие, и Знаменскому досталось это помпезное заведение: серия залов с лепниной и гроздьями хрустальных люстр, полторы тысячи квадратных метров дворцового паркета, меню в тисненных золотом корочках.
Упростить проверку – это значило выяснить, сданы ли все деньги за съеденные блюда. Супов такихто за такойто день столькото. Коньяков. Салатов. Котлет киевских.

Мороженых. Кофе. Умножай стоимость на количество, складывай и выводи результат.

И заранее можно сказать, что концы сойдутся.
Обратный обсчет надежней, да хлопот с ним не оберешься. К примеру, завезли в ресторан полтонны телятины, в меню три дня фигурировали телячьи котлеты с грибами. Жареная котлета имеет свой законный вес.

Чтобы получить его, сырого мяса надо взять больше.
Как только начнешь проверять, а сходится ли завезенная телятина с числом изготовленных из нее котлет, обнаруживается, что на крахмальные скатерти котлеток подано куда больше нормы.
Второй этап – определить: недовложение или пересортица? То есть клали телятины на тарелку поменьше, или часть посетителей (кто обильнее заказывал спиртное) кушала вместо нее говядину. А для этого нужен еще обратный обсчет всех мясных блюд за то же время.

И если б только мясо. Ведь и грибы считай, и яйца, и жиры… Не удивительно, что ревизоры взмолились.
Правда, еще недавно при всех ревизиях полагался обратный обсчет, но Министерство торговли его отменило, допуская лишь на случай возбуждения уголовных дел и по специальному постановлению следователя.
Прения в кабинете Знаменского затянулись и ни к чему не привели. В пылу споров он почувствовал, как засосало в желудке – допеклитаки меню в золотых корочках.

Мать уехала на медицинский семинар, Колька обретался в пионерлагере, дома в холодильнике ютились две помидорины и пачка масла. Знаменский написал «харчи» и нацепил на шип эуфорбии – несусветно колючего растения, которое держал на окне.

Но ревизоров он отпустил уже после закрытия магазинов. Деваться некуда – потопал в единственный буфет, работавший на Петровке допоздна и размещавшийся в корпусе БХСС.
Кормили тут на редкость отвратительно, буфетчик, наглый малый, заворовался без стыда. А кто мог его тронуть? Вскрыть такое ЧП – да вы смеетесь!

Чтобы безобразный факт гулял из доклада в доклад года два? И покорно стояли в очереди сотрудники отдела, который занимался борьбой с хищениями, чертыхаясь, хлебали разбавленную сметану, жевали яичницу неведомо на каком масле. Если что перепадало вкусное и свежее, понимали – гдето малый схватил «левак».
Доложить комиссару, возглавлявшему БХСС города, не решались. (У тех, кто дослужился до генералов, был для еды свой кабинетик, там все обстояло прилично). В конце концов не выдержал простой постовой у выездных ворот. Уж слишком загруженную машину увозил буфетчик регулярно после работы.
– Ты бы совесть поимел! – сказал он буфетчику.
Тот его обложил, постовой разгоряч



Назад