99c98ce9

Лаврова Ольга & Лавров Александр - Волшебные Узоры



Ольга Лаврова, Александр Лавров
Волшебные узоры
Присутствовать в суде на слушании своих дел у следователей не принято.
Хотя иногда было бы полезно увидеть иначе -- глазами прокурора, адвокатов,
суЭдьи -- увидеть спрессованным в несколько дней то, над чем бился
меЭсяцами. Но кто-то где-то может расЭценить твое присутствие как
психоЭлогическое давление на свидетелей и обвиняемых. И вообще -- моветон.
Вот если вернут на доследование, тогда беги читать судебные протокоЭлы и
соображай, почему ты оказался лопухом.
Однако на сей раз Знаменский решил пренебречь неписаным запЭретом. Дело
по ресторану "Ангара" засело в душе слишком больной заЭнозой. Едва
наполовину он размотал его, дальше уперся в "кирпич". Знал, что такое
случается, как не знать. Но сам впервые был подведен работой к черте, за
которой располагались "неприкосновенные".
С кем контактировал наверху? кто его прикрывал, предупреждал о
ревизиях? что за это имел? От подобных вопросов Кудряшов отмахивался со
смешком:
-- На данную тему, Пал Палыч, не будем даже без протокола. Да если я и
расскажу, куда вы с этим денеЭтесь?
А когда Знаменский, подобрав по крохам все, что косвенно
свидетельствовало о высоком покровительстве, попробовал нажать, Кудряшов
окрысился:
-- У вас на Петровке давно ли начальника ОБХСС сняли? Полетел комиссар
милиции за такие как раз штучки -- раскручивать дела вверх! Забыли?
Пал Палычу аж скулы свело -- все негодяи знают! Может быть, и про то,
что вскоре на широком совещании следователям разъясняли: не мусольте дела,
кого схватили за руку -- на тех закрепляйте доказательства и передавайте
материалы в суд. Вы зря тратите силы и время. Не тяните новых эпизодов,
лишних людей. "Рубите концы!" -- совсем уж без околичностей распорядился
большой в прокуратуЭре города человек по кличке Красавец Эдик. Не
исключеЭно, что и про Эдика Кудряшов знал.
-- Не забыли? -- переспросил он. -- А если я, Пал Палыч, поинтересуюсь:
почему засыпалась именно "АнЭгара"? Другие ресторанщики делают то же самое,
а в козлы отпущения попали мы! Какая причина? Может, я кому недодал? Может,
мое место кто-нибудь перекупил? Или мой шеф вашему в картишки продул, а?
Знаменский что-то возражал негодующе. Искренне негодовал. Да только не
против одного Кудряшова. Если совсем честно, было у того право на хамские
предполоЭжения. Неведомо -- случайно влипла "Ангара" или пал на нее черед
при некоей жеребьевке.
К такому невозможно привыкнуть. Нельзя притерЭпеться, что тебя не
пускают за черту, где остаются благоЭденствовать "руки" разнообразных
Кудряшовых. Мысль эта не то что донимает -- она свербит в голове! Толкает к
далеко идущим выводам, грозит профессиональным циЭнизмом. Каждый борется с
ней по-своему. Некоторые, вероятно, сдаются. Частично или целиком. Вероятно
-- не наверняка -- потому что сдавшиеся не оповещают сослуЭживцев...
Подумав о переполненном зале суда, Знаменский переоделся, потер
пуговицы давно не надеванного китеЭля. Милицейская форма позволит не
протискиваться впеЭред силком, чтобы услышать и увидеть. Она создаст зону
отталкивания среди потных, слегка поддавших кладовщиков, официантов,
поваров.
Кто еще явится морально поддержать Кудряшова? Руководителей
ресторантреста, ревизоров Знаменский знал в лицо, все перебывали в его
кабинете. Знал кое-кого из Минторга -- по иным поводам. Казалось важным
высмотреть их здесь, запомнить на будущее. На какое-то будущее, которое
когда-нибудь наступит. Надо надеяться.
На втором этаже горсуда и впрямь б



Назад