99c98ce9

Лайк Александр - Алая Книга Западных Пределов



Александр ЛАЙК
АЛАЯ КНИГА ЗАПАДНЫХ ПРЕДЕЛОВ
(Пергаментный вкладыш N 206/а)
(Этот листок был вложен в Алую Книгу между 1744 и 1745 страницами.
Писан шрифтом Ангертас Мория, с некоторыми дополнениями Эребор Даэрон,
ровным почерком, с характерными приподнятыми росчерками в буквах "Д" и
"Л", что позволяет считать авторство Хранителя Гимли несомненным. Труднее
сказать, кто мог доставить записи, начиная с этой, в Забрендию. Этот
вопрос, несомненно, требует дальнейших исследований.)
Я прочитал запись в летописи Гондора, и оскорбился. Оскорбился за
себя, но того более - за Леголаса. Там было написано: "Но Государь Арагорн
и северные Следопыты совершили это - и с ними были Гимли, сын Глоина, и
Леголас из рода эльфов." Все. Мы были. Мы присутствовали там. И ни слова,
ни строчки больше.
Согласен, я опозорился в подземельях на Тропе Мертвецов. Но разве не
Леголас ободрял утомленных Следопытов? Разве не он сменил Арагорна во
главе отряда, когда догорели факелы, зоркие глаза Бродяжника устали в
непроглядном мраке, а я - я, привыкший к подгорной тьме - не мог поднять
голову и не решался ни глянуть вперед, ни оглянуться? Разве не Леголас
говорил - и голос его эхом разносился по пещерным коридорам - "Не бойтесь
их, они несчастны и бессильны."
Вспомнил я и день битвы перед воротами Мораннона. Вспомнил голос
Гэндальфа: "Позовите Гимли, Леголаса и Пина. Пусть они пойдут с нами,
чтобы все свободные народы, противники Мордора, были свидетелями
переговоров." Вот так. Вначале - пышные перечисления: "Арагорн, наследник
Исилдура, законный государь Гондора и Арнора", "Властитель Дол-Амрота",
"Пресветлый конунг Ристании", а потом просто - Гимли и Леголас.
Но тут же вспомнил я, как раз за разом говорилось так же просто -
Элладан и Элроир, и даже просто Гэндальф. Элронда называли Властитель
Элронд, но за глаза нередко - Элронд Полуэльф. Слышал я и просто
"Селеборн". И хвала валарам, никто не произнес в моем присутствии иначе,
как Владычица Галадриэль. Не то, клянусь... Может быть, именно потому и
только в моем присутствии они, глупые люди, и были столь почтительны?
А из тех, кто мог бы быть и повежливее, многие, слишком многие люди
видели в Леголасе всего лишь одного из Мориквенди. Он никогда не видел
Эрессеа, он не пересекал Вздыбленный Лед, он не слышал Проклятия Феанора и
Проклятия Мандоса... Он не сражался у врат Тонгородрима, не защищал Предел
Мандора, не ткал Завесу Мелиан... Он не... не... не... Он всего лишь
Сумеречный Эльф.
Только тогда я понял, каким благородством обладал Леголас, и как ему
было трудно. Он, сын короля лесных эльфов, самого Высокого Трандуила,
должен был все время чувствовать себя незаконно и незаслуженно обделенным.
Лишенным почета и внимания, принадлежащих ему по праву. Беззаботные
родичи, жители Лориэна были готовы воздать ему должное, но и тут я, со
своей глупой обидой за давно ушедших в камень, отнял у него радость
встречи и заставил испытать горечь унижения. И... О дивный народ! Когда он
увидел, что я все понял и раскаялся, он стал по-настоящему добр со мной. И
после никогда, ни разу не пытался напомнить мне о тяжких думах, которые я
передумал в те дни.
Почему же эти люди, высокомерные, надменные, какими бывают только
люди... нет, наверное, я не прав. Такую же странную гордость я встречал и
у эльфов, и у гномов, и даже у хоббитов. Только у Горлума, насколько я
помню слова Фродо, она была заменена на противоположное чувство. Свою
гордость он искал и черпал в уничижении. И удивительно



Назад